Марк Эффесский

отецъ нашъ Святой Маркъ Евгеникъ - Исповедник, митрополит Эфесский священно-свидетельствует:
«Никогда, О, человече, то, что относится к Церкви, не исправляется черезъ компромисы: нетъ ничего среднего между Истиной и ложью!»

Оглавление

1. Введение
2. Рецепция социальной и миссионерской концепций РПЦ и поиск методологических подходов в их реализации
3. Толерантность и неотолерантность
3.1 Религиоведение
3.2 Экуменизм
3.3 Уния
3.4 Методология религиозно мировоззренческой девиации
3.5 Заключение
4. Рецепция модернизма
4.1 Идеологическое противостояние апостасии и христианизации
4.2 Понятие секуляризация в философии модернизма
4.3 Понятие «секуляризации» в православном богословии
4.4 Богословский невроз
4.5 Эволюция апостасии и раскрытие христианизации
4.6 Парадигма модернизма
4.7 Миф в модернизме
4.8 Миф модернизма
4.9 Религиозная партикулярность модернизма
4.10 Псевдонаучность модернизма
5. Эсхатологические потенции антропоцентризма и его идеологий
5.1 Искушение последнего времени
5.2 Антропоцентризм, Церковь и светская власть
5.3 Идеологический изъян и механизм обеспечивающий унию с «духом мира сего»
5.4 Маргинализм в церковной структуре
5.5 Распад антропоцентризма
6. Рецепция культуры и культов
7. Рецепция культурологических ошибок
7.1 Жертва и время
7.2 Праздник и веселье
8. Структура археомодерна - Самарийский грех
9. Структура антимодерна - Евхаристический круг
10. Керигма премодерна - Самарийская секта
10.1 Чиновнократия и ее мировоззрение
10.2 Природа ереси и ее эсхатологические потенции
10.3 Духовная экзальтация
10.4 О Самарии
11. Тринитаризм Миссии
12. О термине экуменизм

Жертва и время


По давно устоявшейся традиции Российских праздников, праздник Нового года 1 января укоренился как светский или секулярный. Как и любой другой праздник, он обладает своей смысловой нагрузкой. Как и все праздники, он имеют свою историю, свое время, свои символы и лозунги. Под влиянием каждой национальной традиции в этот праздник вкраплены свои народные, культурные особенности. Являясь светским и секулярным, он обладает своей идеологической и культурологической, и даже религиозной координатой. С каждым новым годом этот праздник приобретает все более и более масштабные черты глобального формата. Сегодня он сформировался уже как наднациональный космополитический праздник, в котором уже традиции и символа не только народов Запада и Евразии, но уже обрели свое устойчивое место традиции и символы народов Азии. Неизменным остается только лозунг праздника: «С Новым Годом! С Новым Счастьем!». Праздник нового года является средоточием религиозно-мифологических, литературных и политических утопий человечества. В нем сконцентрированы цивилизационные силы всего антропоцентричного мировоззрения, язычества (Ас), возникшего еще во время Вавилонского столпотворения преследующего утопическую цель «возрождение золотого века». Только при исследовании исторических глубинных корней антропоцентричного мировоззрения мы можем выработать правильное отношение к светскому празднику нового года.

Из истории Вавилонского столпотворения мы знаем о разделении человечества на два противоположных мировоззренческих лагеря. В одном лагере были семьдесят одно племя (внуков Ноя) объединенных под деспотичной властью первого царя и негра, нечестивого и жестокого Неврода. В другом лагере было одно племя Евера, не пожелавшее подчиниться Невроду с его богопротивным эгоцентризмом (цезарепапизмом), но служившему истинному Богу-Творцу. В этом противостоянии и последующем их рассеянии сформировалось два человеческой цивилизации: народ Божий и язычники - иные народы, т.е. народы в не истинного почитания и поклонения Творцу. И если Евер и его племя хранили веру в Бога, то все остальные забыли Его и из-за «страха смертного» поклонились человеку-идолу (культ Крона-Сатурна).

Человеку свойственно признавать силу и поклонятся ей из чувства собственного самосохранения. Если у него такой инстинкт отсутствует, то рано или поздно это приведет его к гибели. В связи с чем чувство страха является нормальным и естественным для того кто желает жить. Поклонение источнику силы из чувства страха рано или поздно приводит человека к восприятию качеств и черт объекта поклонения. Поклонение силе всегда сопровождается сакральными действиями мистического характера выражающееся в жертве самого дорого для человека в адрес поклоняемого объекта. Сакральность жертвы заключена не в том, что объекту поклонения необходим этот предмет жертвы, а с тем, что человек совершает акт принесения в этой жертве, через самое дорогое для себя, приносит часть самого себя. В этом акте мистически происходит контакт между жертвователем и объектом поклонения, где уже со стороны объекта поклонения происходит передача части своего в пользу жертвователя, как акт признания поклонения. Совершается акт мистического общения или взаимообмена, но не как в торговой лавке, а как сакральное ноуменальное действие, расположенное в не логике человека, не в его эмпирическом сознании. Если человек кланяется Богу, то он в своей жертве, приносит ему свою любовь и взамен получает благодать. Если человек поклоняется змее или дереву, то принося им жертву, он естественно ни чего не может от них получить, но по своему идолопоклонству твари, Бог попускает ему получить от демонической силы, то, что человек заслуживает и возможно даже то, что просит. Если человек поклоняется человеку – кумиру, он получает от него часть его характера, свойств, черт или власти и благополучия, достатка. Но если человек поклоняется демону, он получает часть черт и свойств демона – мизантропства, человеконенавистничества. Именно от того, что жертва – поклонение - праздник едины, от этого они всегда религиозно-сакральны.

После падения Адама и Евы, человечество попало под власть сатаны, но Благий Господь, еще в Эдеме сообщил о благом промысле в их спасении, в том, что родится Иисус Христос и спасет их: «семя жены сотрет главу змия». Изгоняя их из Эдема Бог подал им не просто надежду спасения в покаянии и вере во Христа, но и научил их утверждать в себе веру в сакральном служение Ему. В начале, это выражалось в служение Богу-Отцу, как в подготовительном акте в служении Сыну, а через Сына и всей Троице. Именно сакральное жертвоприношение Богу и стало началом жертв приношения, которые основал Адам после окончания сорокалетнего периода своего покаяния.

Книга Бытия нам повествует об жертвоприношении детей Адама, Авеле и Каине. Авель принес жертву угодную Богу, которую Он принял, но не потому, что она была чем то внешне лучше Каина, а тем, что она была от чистого, искреннего и любящего Бога сердца. В отличии от жертвы Авеля, Каин принес небрежительную жертву, чем был и отвергнут. И в этой своей антропоцентричной отверженности он впал в зависть и ненависть. Именно через зависть безудержный антропоцентризм всегда переходит в мизантропство демоноцентризма, где брат убивает брата.

Но это библейское событие нам раскрывает и начало евхаристического жертвы, так как кровное жертвоприношение непорочного агнца от Авеля является не только чистой жертвой сердца, но и приуготовительным прообразом Агнца Христа принесшего себя в жертву за грехи всего человечества. Агнец Христос в Христовой Церкви уже является в отличие от кровной жертвы Авеля бескровной жертвой и средоточием евхаристического общения всех христиан со Христом и залогом их сакрального спасения для жизни вечной.

Взирая на небрежительную жертву Каина, мы видим и то, что Бог попустил дьяволу вложить в его руки семена и растения. В этой жертве возникает прообраз демоническому поклонению язычников в идолопоклонстве природе, ее циклическим ритмам во времени, а также ее главному половому принципу «культу семени» в продолжении жизни, в кругу жизни и смерти. И если допотопная цивилизация язычников Каинитов достигла совершенства в бесообщении развивала магическую демоноцентрическую цивилизацию, то языческая цивилизация Невродов пошла по пути антропоцентрического развития, но уже со скрытыми идеями и формами демоноцентричного мировоззрения. Правба в начале своего развития она существовала под жестким и беспощадным влияния демонов. Ее мировоззренческая центричность, была более демоноцентричной чем антропоцентричной. Это влияние выражалось в человеческих жертвоприношениях (гиппер реверсия (Эсхатологические таблицы. Таблица 7).). Но после повсеместных мизантропных войн началось усиление позиций древнего Рима основанного на антропоцентричных ценностях, в следствии чего начинается период гуманизации языческих жертвоприношений (супрессия апостасии (Эсхатологические таблицы. Таблица 7).). Но тем не менее, в среде этого демоноцентричного мира существовал малый народ Божий живший по заповедям его и хранивший в себе теоцентричное мировоззрение. Его жертва, это жертва непорочного сердца и агнца без порока, т.е. самого лучшего.

Поклонение Богу и совершаемые жертвоприношения Ему в теоцентричном мироощущении Адама конечно не могли совершаться по его свободному произволению. Поэтому Бог научил его правильному жертвоприношению, а его сына Сифа всем космическим законам мироздания на основании которых, Сиф создал календарную систему время исчисления, для своевременного жертвоприношения в соответствии с деяниями Божьими в цели благодарения и покаяния народа. Сын Сифа, Енох завершил календарную работу отца, и уже в свою очередь со всем родом первый начал совершать системные коллективные моления с жертвоприношениями и благодарениями Богу.

Дьявол, как обезьяна Бога, конечно же не мог игнорировать календарные знания Сифа и коллективные жертвоприношения и моления Еноса и систему календарного исчисления. По попущению Божьему, каиниты в наущении дьявола создали свою систему служения дьяволу в календарной языческой системе исчисления. С событием вселенского потопа их система дошла до нас только в каких-то почти нераспознаваемых артефактах, как Стоунхендж. Календарная система Сифа после потопа была перенесена Ноем и передана им своим сыновьям Симу, Хаму и Иафету и их детям. С их разделением, и новым порабощением со стороны дьявола всех последователей Неврода, календарь снова разделился на две разные системы мировоззрения. Два разных формата бытия.

Земное человеческое бытие определено категорией времени – календаря, часов, дней, месяцев, лет, веков. С одной стороны в нем порядок природных циклов и потребности человеческого, а с другой человеческое мировосприятие определяется категорией вечности – любви, добродетели, Божьего или бесовского, ненависти, греха.

Все человечество, какого бы оно мировоззрения не придерживалось, оно всегда ощущало временность своего бытия и всегда ожидало вечного. За редким исключением ограниченного атеизма.

Бытие временной жизни напрямую зависит от выбора человека категорий вечного сознания, его веры и жертвы. Его реального или иллюзорного, мифологичного бытия. От его правильного или не правильного выбора на прямую определяется сопричастность и к Жизни вечной или смерти вечной. Святитель Феофил Антиохийский пишет: «Бог не сотворил человека ни бессмертным, но способным к тому и другому, чтобы, если устремится он к тому, что ведет к бессмертию, исполняя заповедь Божию, получил от Него награду – бессмертие и сделался богом (по благодати), если же уклонится к делам смерти, не повинуясь Богу, сам (человек) был бы виновником своей смерти. Ибо Бог создал человека свободным и самовластным». Именно в человеческой свободе и самовластии, человеческое бытие определяет сопричастие к Жизни и смерти. Сопричастие к Жизни утверждается категория витократии (жизневластие в сознании), а сопричастие к смерти утверждает категория танатократию (смертевластие в сознании). При проецировании категорий вечности витократии и танатократии на человеческое бытие в календарной системе возникают разнополярные сакральные вектора. Как полярная звезда указывающая постоянно на север, так и сакральный смысл календарных систем, указывают путь духовного выбора личности и общества к Жизни или смерти.

От выбора календарной системы происходит сопричастие к категориям вечности. Выбор же в свою очередь это есть выбор просвещенного разума от Божественной благодати или помрачения ума от невежества в забытьи Бога, грехов и как правило под влиянием демонического воздействия. Выбор всегда есть плод мировоззренческий, как системе жизненного опыта, знаний, устремлений, склонностей, привязанности, любви и ненависти. Мировоззренческий выбор это всегда выбор веры, который не требует доказательств, его просто принимают, по любви к жизни, или по любви к смерти.

Лев Александрович Тихомиров пишет о двух принципиально противоположных мировоззренческих картинах мира: «С одной стороны, у людей возникает мысль о господстве над миром и всем существующим Высочайшего Сверхтварного Бога, Который Сам создал, вызвал из небытия все существующее в мире, дал законы бытия и предназначил всему известные цели, являясь Творцом и Промыслителем мира и человека. С другой стороны, возникает мысль о самосущности природы, никем не сотворенной, всегда бывшей и всегда жившей по свойственным ей законам.»1. Из этого разделения мы можем выделить два пути выбора веры – веры в Творца и веры в самосущную тварь. Именно отсюда возникает разный мировоззренческий, философский, догматический, а значит и духовный характер двух совершенно разных календарных систем.

Обе календарные системы являются системами определения человеческого времени и вечности. Календари являются некой формой отражения сакрального бытия, в не временного пространства. Их сакральное начало находится в вечном возрастающем самосознании человека. Того самосознания, которое формирует во временном времени и временном пространстве вечности - истинное и иллюзорное или деформированное мировоззрение, каковыми являются теоцентричное и соответственно антропоцентричное и демоноцентричное. Достигнув своего полного возрастания, самосознание личности переходит в пространство вечного времени. Где и получает воздаяния своего опыта. В Жизни или смерти.

Для просвещения самосознания, в координатной векторности возникает потребность понимания значения времени в бытии человека, а это можно осознать только через правильное понимание природы времени, вечности и бытия. «Бог - един, безначален, непостижим и обладает всей силой целокупного бытия <...> Бог есть созидающее сущность и сверхсущностное Первоначало бытия <...> Он заключает в Себе всю совокупность подлинного бытия и в то же время превосходит это бытие.»2. Бог не в бытии, но Он Первоначало бытия обладающий силой целокупного бытия и Он заключает в Себе всю совокупность подлинного бытия. Будучи Самодостаточным, Он превосходит это бытие. Бог создал твари и время, и время как пространство временного бытия и пространство бесконечного и беспредельного вечного бытия, вместе. «Первоначальное мгновение, о котором говорит 1-й стих книги Бытия, – это точка, в которой соприкасается вечная Божественная воля с тварным миром. Отныне мир возникает и изменяется, его изменение порождает время. «Время от создания неба и земли исчисляется», – говорит преподобный Максим Исповедник»3. Изменение временного мира не вечно. Оно существует в пределах периода познания человеком добра и зла. Периодом его самоопределения. Бог создал все сущее из небытия. Он создал бытие и время, но не для того, что они ему нужны. Они нужны человеку, для его соработничества с Богом в самосовершенствовании и преображения. Для предостережения от погибели человека, Бог установил на вратах вечности временную смерть: «За грех Господом благодетельно установлена смерть, Адам изгоняется из рая, чтобы не смел более прикасаться к древу, постоянно поддерживающему жизнь, и не грешил безконечно. Значит, изгнание из рая есть более дело попечительности Божией о человеке, нежели гнева.»4. Смерть же установлена для врачевания падшего человека: «Станем трепетать не перед смертью, а перед грехом; не смерть родила грех, но грех произвел смерть, смерть же стала исцелением греха.»5 Временная смерть необходима и для надежды на вечную жизнь: «Перестань плакать о смерти и плачь о грехах своих, чтобы загладить их и войти в Жизнь Вечную.»6. Тем самым время «+» смерть сделались лекарством для исправления человека на его покаяние. Отвергающие лекарство, данное Богом и Бога-Творца, и признающие самосущность природы отвергаются от жизни вечной.

Бог не во времени и время не для него, человек же во времени, и время для него. Находясь во времени и на пороге смерти, в системе календарного сопричастия жертвы, праздника и скорби, происходит не во временное во времени преображение твари и сопричастие ее к вечности Бога. «После Второго Пришествия тварь приобщится к вечности, но сама тварность мира предполагает бесконечный, хотя и вневременный процесс совершенствования твари в восхождении ее к Богу. Поэтому вечность тварного мира после его преображения, по словам преподобного Максима Исповедника, есть вечность тварная, имевшая начало.»7 Из этой эсхатологической природы времени - бесконечный и вневременный процесс совершенствования твари, вечности и бытия - есть вечность тварная, имевшая начало, все календарные системы человечества непосредственно является сопричастницами системы жизни или смерти, витократии или танатократии. Смешение праздничных ценностей, разных мировоззренческих картин мира производит суррогатное, и даже не двоеверие, а поливерие не имеющее ни какой ценности в очах Божьих, а только мерзость. Мерзость археомодерна.


1 Л.А.Тихомиров. Религиозно-Философские основы Истории гл. Историческое развитие основных религиозно-философских идей.
2 Преподобный Максим Исповедник «Главы о богословии и о домостроительстве воплощения Сына Божия». Первая сотница, 1;4;6.
3 Цит. по: Г. Флоренский, прот. Тварь и тварность. С. 3
4 [1] Священник Григорий Дьяченко. Уроки и примеры христианской веры. Опыт катихизической хрестоматии. СПб., 1900, С. 239.
5 Творения иже во святых отца нашего Иоанна Златоуста, Архиепископа Константинопольского. 2-е изд. СПб., 1899. Т. 2, ч. I; 1-е изд. СПб., 1896. Ч. 2, С. 739.
6 Там же, С. 75.
7 архимандрит Алипий (Кастальский-Бороздин); архимандрит Исайя (Белов) Догматическое богословие. Часть третья 7. Время и вечность.

2013-2014 г.

Архангел Михаил Наверх